Коммунисты Петербурга и Ленобласти. Коммунисты России
Главное меню
Главная
Новости
История КПЛО
Выборы
Документы
Статьи лидеров КПЛО
СМИ о нас
Программа КПЛО
Депутаты-Коммунисты
ENGLISH
Старый сайт
ВСТУПИТЬ В ПАРТИЮ
Партнеры
Контакты
Карта сайта
Twitter Малинковича

Подписывайтесь на Twitter С.Малинковича
Оказать помощь

Товарищи!
Вы можете оказать посильную материальную помощь коммунистам:
Webmoney:
R369783697292
Z196298694566
Яндекс-Деньги:
41001621643334


Герои Октября. Григорий Петровский Печать E-mail
26.08.2017 г.
Герои Октября. Григорий Петровский.
Без революции не было бы России. Без России
не было бы свободы во всем мире.
Греческие патриоты.

Григорий Иванович Петровский [23.1 (4.2)1878 -9.1. 1958], один из старейших большевиков-ленинцев, член Коммунистической партии с 1897 г., участник Великой Октябрьской социалистической революции, советский государственный и партийный деятель: ноябрь 1917- март 1919 – нарком внутренних дел РСФСР; участник разработки первой Конституции РСФСР (1818); участник подписания Брестского мира (1918); 1919-1938 – председатель ВУЦИК; 1922-1937 – один из председателей ЦИК СССР; 1937-1938 – заместитель председателя Президиума Верховного Совета СССР; с1940 г. – зам. Директора Музея Революции СССР; делегат 7-го, 9-17-го съездов партии; на 7-м и 9-м съездах избирался кандидатом в члены ЦК, на 10-17-м – членом ЦК ВКП (б); в 1926-1939 – кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП(б). Был членом ЦК и Политбюро ЦК КП(б) Украины. У Григория Ивановича было два сына: Петр Григорьевич (1899 г.) – партийный и государственный деятель (арестован в 1937 г. и осужден на 15 лет за «ведение пораженческой агитации». Расстрелян без суда в сентябре 1941 г.) и Леонид Григорьевич (1902 г) – генерал лейтенант, командир корпуса. Оба участники штурма Зимнего дворца. Леонид погиб в 1941 г., пробиваясь из окружения. О комкоре Петровском показано в киноэпопее «Битва за Москву». Его роль сыграл актер Юрий Яковлев.  
Григорий Иванович Петровский родился в селе Печенеги Харьковской губернии в семье сельского портного Ивана Петровского. Мать - Марья Остахова, дочь бывших крепостных, вторая жена Ивана, у которого от первой жены остался сын Петро. 4 февраля 1878 г. у Петровских родился сын, которого назвали Григорием. Спустя год Петровские продали хату, корову и переехали в Харьков, так как в селе было очень мало работы, да и старшего сына Петра нужно было пристраивать к делу. У Ивана были «золотые» руки и заказчики шли один за другим. В семье появился достаток и, казалось, не стоило опасаться за завтрашний день. Но заболел глава семьи и через два года умер от чахотки. Марья очень переживала потерю мужа. Но надо было кормить детей, и она поступила в прачечную. Через год Марья вышла замуж. Отчим оказался грубым, хмурым человеком, любителем крепко выпить. Жить стало очень трудно. Петр уехал в поисках работы в Екатеринослав, а Гриша остался с матерью. Рядом находилось здание семинарии и один из семинаристов убедил Марью Кузьминичну отдать Григория в начальную школу, открытую при семинарии. Три года он учился в школе, после чего пришлось ее оставить. У матери не было денег платить за учение. Григорию удалось устроиться учеником в слесарно-кузнечную мастерскую при железной дороге. За учебу денег не брали, но и не платили за выполненную работу. Но вскоре его уволили за то, что он пожаловался начальству на мастера. Целый год он не мог устроиться на работу, пока Петр не пригласил его к себе в Екатеринослав. Гриша решил ехать.
Он на поезде добрался до Лозовой, а затем пешком (экономил деньги) шел до Екатеринослава. Здесь ему удалось поступить учеником в телеграфные мастерские при станции. В мастерских ученикам также не платили в течение шести месяцев. В свободное время Гриша помогал брату строить хату из глины. Однажды он пошел с запиской по указанному в ней адресу. Ему нужен был Павел Васильевич Точисский. Но из хаты вышел другой человек (позже выяснилось, что это был Игнатов), который сказал, что Павел уехал, т.к. полиция ему не давала проходу. Игнатов предложил Грише жить у него (места было достаточно) и Гриша согласился. Вскоре Гришу удалось определить на работу в инструментальную мастерскую при мостовом цехе Брянского завода. Жалование – 35 копеек в день. Прежде, чем приступить к работе он прошел медицинский осмотр: заставили широко раскрыть рот, щупали пальцами зубы, заглядывали в глаза, уши, горло, предлагали прочесть несколько фраз. На Брянском заводе работало несколько тысяч человек. Работа была трудная. Начальники цехов и мастера издевались над рабочими, особенно над учениками-подростками. Редко проходил день, чтобы не было жертв среди рабочих. В 19 лет Петровский стал уже квалифицированным токарем и самостоятельно изготавливал на станке сложные детали. Теперь он зарабатывал по 2,5 руб. в день. Этого вполне хватало. Григорий тянулся к книгам. С годами чтение стало ежедневной потребностью. Жил он по-прежнему на квартире Игнатова. А когда Игнатова арестовали, он стал помогать деньгами его семье. Естественно, каждый месяц он высылал деньги матери. С помощью Игнатова Григорий впервые вошел в революционный кружок, где рабочие занимались изучением марксизма и самообразованием. Такие кружки в Екатеринославе создавали социал-демократы, которых царское правительство ссылало сюда на жительство из больших городов: Павел Точисский выслан из Петрограда, А. Винокуров – из Москвы, Е. Мунблит – из Одессы. Они были первыми организаторами марксистских кружков в Екатеринославе. С этого времени Петровский навсегда связал свою жизнь с борьбой российского пролетариата. В это время двадцатилетний Григорий знакомится с девушкой Домной Федотовной Сиваковой, которая вскоре стала его женой.
Весной 1897 г. в Екатеринославе появился Иван Васильевич Бабушкин, революционер, член Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». Токарные станки Бабушкина и Петровского стояли рядом и эти люди часто общались друг с другом. Бабушкин дал Петровскому книгу «Спартак» итальянского автора Джованьоли, затем давал другие книги. Постепенно возникла традиция собираться на квартире у Петровского и вести беседы на политические темы. Обязательно приходил и Бабушкин. Он много рассказывал, давал читать особо опасную литературу – работы Плеханова, Маркса, Энгельса – за нее полиция сажала в тюрьму. Вскоре на Брянском заводе был создан социал-демократический подпольный кружок. В него вошли ссыльные революционеры Бабушкин, Морозов, Филимонов, Меркулов, Томигас, и екатеринославские рабочие Петровский, Мазанов, Числов, Лавренов, братья Овчинкины. На занятиях кружка слушатели впервые услышали о деятельности петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса», которым руководил Владимир Ильич Ленин (Ульянов). Так впервые заочно Григорий познакомился с Лениным. Бабушкин создал несколько кружков в Екатеринославле и пригородах и объединил их в единую организацию – «Союз борьбы за освобождение рабочего класса» - по типу петербургского «Союза». А в 1898 г. он создал Екатеринбургский комитет РСДРП. В него вошел и Григорий Петровский, на квартире которого был устроен склад нелегальной литературы и типографского оборудования. Готовились создать свою типографию на квартире Петровского. Жена Григория была великолепной помощницей, верным товарищем в этом опасном деле. Всю ночь шло печатанье листовок. А днем в Екатеринославе только и говорили о появившихся листовках, подбивающих рабочих на бунт против властей и самого царя. Полиция вела обыски и облавы, но обнаружить типографию не смогла.
В мае 1898 г. на Брянском заводе, где работали Бабушкин и Петровский, взбунтовались рабочие. Поводом послужило убийство молодого рабочего черкесами, которые служили в охране завода. Рабочие избили охрану, ломали и жгли все что попадалось под руку. Были вызваны войска и жандармы, которые арестовали и выслали из города около 500 участников бунта. Петровский также участвовал в драке с жандармами. За что получил выговор от Бабушкина. Над рабочими-бунтовщиками был суд. На суд привлекались более 1000 человек в качестве обвиняемых и свидетелей. На суде вскрылась картина жестокой эксплуатации, произвола и беззакония, творившихся на Брянском заводе. Рабочие поняли и заявили, какой избрать путь: не бунты, а организованные политические стачки и демонстрации отныне станут средствами борьбы пролетариев с заводской администрацией и царским самодержавием. Эмигрантский центр в Женеве по поводу событий в Екатеринославе в 1900-1901 гг. издал две брошюры: «Суд над брянскими рабочими» и «Движение в Екатеринославе», которые были тайно переправлены в Россию и читались подпольщиками по всей стране. На Брянском заводе администрация вынуждена была пойти на некоторые уступки рабочим. Возникали забастовки и на других заводах. В городе шли повальные аресты и обыски. В руки жандармов попал П.А. Морозов. Его больного туберкулезом держали в сырых темных камерах и, практически умирающего отправили на родину в Смоленскую губернию. Там он вскоре умер. Петровский с товарищами вырыли под домом подвал и перенесли туда печатный станок. Комитет РСДРП приступил к изданию нелегальной газеты «Южный рабочий». Петровскому было двадцать лет, а он уже считался опасным бунтовщиком, зачинщиком беспорядков на Брянском заводе.
Осенью 1899 г. Григория Петровского призвали на военную службу, но по состоянию здоровья он получил отсрочку на один год. Товарищи посоветовали ему не возвращаться в Екатеринослав, и Григорий временно устроился на работу в Харькове на паровозостроительный завод. Здесь условия труда были такие же тяжелые, как на Брянском заводе. В Харькове Петровский работал недолго и переехал в Николаев, т.к. полиция уже шла по следу. Жена Григория по-прежнему жила с грудным сыном Петром в Екатеринославе. В Николаеве Григорий устроился на судостроительный завод и с товарищами создал городской подпольный партийный комитет и пропагандистские кружки для рабочих. Изучали «Капитал» Маркса и другие труды. Григорий установил постоянную связь Николаевского комитета с Екатеринославским комитетом РСДРП. В 1900 г. в Николаеве началась забастовка рабочих. Петровский был в первых рядах забастовщиков. И, как следовало ожидать, его сразу же арестовали на улице. Забастовка была прекращена, а Петровскому и троим его товарищам было приказано градоначальником в течение 24 часов покинуть город. Петровский выбрал Полтаву, но про себя решил опять вернуться в Екатеринослав. Так он и сделал. Его ввели в состав нового Екатеринославского комитета РСДРП. Но руководителей комитета выдал провокатор и Петровский оказался в тюрьме. На его квартире при обыске были найдены черновики прокламаций. В тюрьме Петровский и его товарищи вели себя дерзко и независимо, практически завербовали на свою сторону уголовников. Поэтому руководство тюрьмы отправило 10 человек самых отъявленных политических заключенных в полтавскую тюрьму, где их поместили в одиночные камеры. Так Григорий Петровский впервые попал в тюремную камеру-одиночку. У него не было опыта, и он искал способ общения с товарищами в других камерах. Ему помог уголовник, который убирал в камере и приносил каждый день еду. Григорий написал записку и попросил уголовника передать ее в другую камеру. Так и пошло. Уголовники тайком переносили из одиночки в одиночку записки, а политические делились с ними табаком и папиросами, которые уголовникам не выдавались, согласно тюремным правилам. Теперь политические почувствовали свою силу и начали борьбу. Они потребовали снять с окон камер щиты, заслоняющие солнечный свет. Тюремное начальство отказало; тогда была объявлена голодовка. Щиты с окон камер были сняты. Политические выдвинули новое требование: чтобы в камерах были бумага, чернила и книги. На этот раз им отказали и отменили прогулки по двору. Тогда снова была объявлена голодовка политических. На двенадцатые сутки голодовки тюремщики сдались: они принесли бумагу, чернила, перья и карандаши. Попросили составить список нужной литературы. Через два дня были принесены книги, среди них и работы Маркса, а также газеты. Это невероятно, но в камерах появилась возможность читать «крамольную» литературу! В полтавской тюрьме под руководством Петровского образовался своеобразный «кружок» по изучению марксизма. Полтавская тюрьма стала «показной». Туда приезжали посмотреть на этих политических харьковский прокурор и полтавский городской голова. Они задавали вопросы, беседовали с узниками и поняли, что эти обычные люди – очень крепкая революционная поросль, что они грамотны, твердо знают, чего хотят, и потому особенно опасны. В полтавской тюрьме Петровский пробыл один год. Его держали бы и дольше, но он заболел туберкулезом. Выпускали его под залог в 100 рублей, которые собрали по копейке рабочие и товарищи по партии. Болезнь оказалась сильно запущенной и Григория сразу же поместили в полтавскую земскую больницу, где он пролежал два месяца. После болезни ему принесли повестку о вторичном призыве на военную службу. Но комиссия признала его совершенно непригодным. Петровский стал белобилетником. В мае 1901 г. он переехал в Екатеринослав и через некоторое время устроился электриком в железнодорожные мастерские. Здесь он познакомился с видным русским рабочим-революционером В.А. Шелгуновым. Они быстро сблизились. В этот период, «период разброда, распада и шатаний» Екатеринославкий комитет РСДРП раскололся на сторонников Ленина и экономистов, то есть на две враждующих группы. Но все-таки социал-демократы действовали: печатали листовки, устраивали стачки, демонстрации, маевки. Одна из маевок состоялась 1 мая 1902 г. в Монастырском лесу, недалеко от города. В конце митинга нагрянула конная полиция, но применять нагайки или оружие не посмела. За Петровским усилилась слежка и товарищи порекомендовали ему покинуть на время Екатеринослав. В мае 1902 г. Петровский уехал в Донбасс.
В результате кризиса 1901-1904 гг. и последовавшим неурожаем в стране создалось тяжелое экономическое положение. Тысячи безработных оказались за воротами заводов и фабрик: в Екатеринославе – 10 тыс., в Харькове – 16. Из-за неурожая в 1904 г. на украинские деревни обрушились голод и мор. (Современные демократы, умалчивая об этом голоде, особенно педалируют «голодомор» 1933 г в СССР). По всей Украине прокатились забастовки и демонстрации рабочих, восстания крестьян. В августе 1903 г. весь промышленный юг России охватила забастовка. Пролилась кровь. Украинская буржуазия, националистические партии и организации «Громада», «Тарасьевцы», «Руп» (украинские эсеры) стремились использовать борьбу народа против царизма, чтобы добиться отделения Украины от России. Этим они сеяли вражду и рознь между украинцами и русскими, украинцами и евреями. Петровский устроился на работу в Донбассе слесарем на Щербиновский рудник. На шахтах Донбасса вести пропагандистскую революционную работу было гораздо труднее, чем в Екатеринославе, так как основную массу горняков составляли бывшие крестьяне. Политически они были мало развиты, большинство не умело ни писать, ни читать. Жизнь шахтеров была тяжелой. Плохо было с водой. Колодцы часто высыхали, водопроводов в поселках не было. Воду для умывания и стирки белья нередко брали из луж и сточных канав. Среди шахтеров и их семей было много заболеваний. Петровский довольно скоро завоевал уважение шахтеров. Вокруг него всегда были люди. Он понял, что начинать пропагандистскую работу нужно с организации нелегальных кружков. Нужно использовать также все легальные возможности: библиотеки, клубы, театральные кружки, чтение лекций, обсуждение книг. Петровский установил постоянные связи с социал-демократическими кружками на других рудниках. Он больше года занимался революционной работой на шахтах Донбасса. В августе 1903 г. его опять арестовали и посадили в тюрьму. Григорий сначала сидел в бахмутской (ныне Артемовск), а потом в луганской тюрьмах. Выпустили его через шесть месяцев после ареста в канун 1904 г. На свободе он познакомился с луганскими подпольщиками, с К.Е. Ворошиловым. В Луганске и Юзовке политически неблагонадежных на работу не брали. Пришлось снова ехать в Екатеринослав. Здесь он поступил на трубный завод, а затем на Брянский. 9 января 1905 г. в Петербурге произошла кровавая расправа полиции и солдат над рабочими и членами их семей. Этот день вошел в историю как «кровавое воскресение». По всей стране прошли массовые забастовки. Революционное брожение захватило часть армии. В Екатеринославе забастовка длилась с 17 по 24 января, но влияние меньшевиков и вера в царя-батюшку были еще сильны, а комитет РСДРП был ослаблен. Поэтому положительных результатов в стачке достигнуть не удалось. Но крестьянские бунты, выступления рабочих, забастовки, митинги, стычки с полицией продолжались. Революция вызревала с каждым днем, с каждым месяцем. В Екатеринославской губернии стачечное движение шло с большим размахом. По массовости оно уступало только Петербургской губернии. Заключив мир с Японией, царизм развязал себе руки для усиления борьбы с рабочими и крестьянами. Николай II издал манифест об учреждении и созыве Государственной думы. Это была пародия на демократию, издевательство над народом, поскольку ни рабочие, ни крестьяне не получили избирательных прав. В сентябре и последующих месяцах 1905 г. в стране вспыхнула всенародная политическая забастовка. Такого еще никто не видывал с тех пор, как образовалась Российская империя. Народные массы требовали созыва Учредительного собрания и установления демократической республики. Царизм вынужден был пойти на некоторые уступки. 17 октября 1905 г. Николай II обнародовал новый манифест. Этот момент В.И. Ленин назвал моментом некоторого равновесия сил, когда пролетариат в союзе с крестьянством еще не в силах был свалить царизм, а царизм уже не в состоянии был управлять только прежними средствами. В Екатеринославе первыми политическую стачку 10 октября начали рабочие Брянского завода. За ними сразу же выступили рабочие заводов Гантке, Эзау, Нижнеднепровского, железнодорожных мастерских. Бастующие вышли на улицы с красными флагами и революционными песнями.
. Это была мирная демонстрация, но жандармы и полиция открыли огонь. Появились солдаты и начали стрелять по демонстрантам. Были убитые и раненые. Петровский и другие большевики призвали рабочих строить баррикады. Наиболее стойко дрались защитники баррикад на Чечелевке, где жили в основном рабочие. В эти именно дни здесь создалась известная по истории первой российской революции «Чечелевская республика». На улицах шел настоящий бой. Малочисленные боевые дружины рабочих отвечали на огонь карателей редкими выстрелами из револьверов. Кое-где восставшие установили пулеметы на крышах домов и поливали огнем солдат. Но силы были неравны. Рабочие, оставляя баррикады постепенно отступали или разбегались по ближайшим дворам и переулкам. Не успевших уйти жандармы хватали, избивали и отправляли в тюрьму. Держалась только Чечелевка. Петровский с начала боя был на Пушкинском проспекте. После падения баррикады он с товарищами бросился на Чечелевку. Здесь шел настоящий огневой бой. В минуты затишья баррикады укреплялись булыжниками и засыпались землей. Землю и камни подносили женщины, в том числе и жена Петровского Домна Федотовна. На следующий день хоронили убитых товарищей. Похороны превратились в мощную демонстрацию под красными флагами, Полиция была бессильна и бездействовала. После баррикадных боев Петровский подвел итоги: революционный дух рабочих позволял захватить в городе власть, но этому помешали меньшевики; надо не складывать оружие, продолжать вооружать людей, создавать боевые дружины, патрули; нужно поставить вопрос о создании Совета рабочих депутатов. 18 октября 1905 г. в рабочем клубе Брянского завода был образован первый Екатеринославский Совет рабочих депутатов. Председателем Совета избран меньшевик Бассовский, заместителем – большевика Артема (Бородатого), секретарем - Григория Петровского. Однако сразу же возникли разногласия. Большевики видели в Совете рабочих депутатов новую боевую форму организации пролетарских масс, орган восстания, зародыш революционной власти, а меньшевики пытались сделать из Совета временный орган местного самоуправления, нечто вроде городской или земской думы. Постепенно большевики укрепляли свое влияние в Совете. Октябрьская забастовка прекратилась 26 октября, Но Совет рабочих депутатов продолжал действовать, вооружать рабочие дружины и создавать новые. Обстановка была очень сложной. Фактически сложилось двоевластие: в центре Екатеринослава хозяевами положения были губернские власти, полиция, жандармерия. На рабочих окраинах безраздельно распоряжался стачечный комитет. И Совет, и стачечный комитет бездействовали. Выжидала и реакция, не переходя в наступление. Губернатор ждал прибытия войск с артиллерией. 10 декабря 1905 г. в Екатеринославе было объявлено военное положение. В город прибыл Симферопольский полк. В это время в Москве было подавлено вооруженное восстание. Рабочие Екатеринослава также прекратили политическую стачку в городе. Губернатор сразу же, 27 декабря отдал приказ войскам занять рабочую Чечелевку и арестовать главных агитаторов. Начались обыски и аресты. Многим революционерам удалось спрятаться, уйти в подполье. Григорий Иванович некоторое время скрывался в городе, затем исчез в неизвестном направлении. Товарищи знали, что он в Харькове. Здесь он пробыл более месяца. Работы по специальности не нашел и уехал в Донбасс под чужой фамилией и с фиктивным паспортом. На работу он устроился токарем на Никитовский рудник. Но полиция напала на его след, и Григорий скрылся в Краматорске под своей фамилией. Здесь он сразу же включился в революционную работу, подготовку стачки. Назревал арест, и Петровский с товарищами в июне 1906 г. эмигрировали в Германию. В городе Саарбрюккен они устроились на металлургический завод «Мальштадт и Бульбах». Языка Григорий не знал и, пробыв в Германии около трех месяцев, он в августе покинул эту, чужую для него страну. Он отправился в Мариуполь и устроился на трубный завод. Туда же переехали жена и сыновья – 6-летний Петька и 4-летний Ленька. Через год Григорий работал на заводе «Провиданс». Он уже был зрелым, закаленным революционером, имеющим солидный опыт работы с людьми. Дела он начал потихоньку, осмотрительно. Петровский понял, что начинать надо с создания хотя и небольшой, но крепкой подпольной большевистской группы, затем наладить кружки для самообразования и изучения основ марксизма. Так было и сделано. Первую подпольную группу Григорий создал на заводе «Провиданс», где работал сам. Товарищи из Екатеринославского комитета РСДРП присылали необходимую литературу. Авторитет Петровского среди мариупольцев рос очень быстро. Его избрали членом губернского правления профсоюза металлистов. Эта организация была тогда легальной. В Мариуполе появились и легальные большевистские газеты, сначала «Звезда», а с 1912 г. – «Правда».
В 1912 г. в России развернулась выборная кампания в IV Государственную думу. «Главными избирательными лозунгами нашей партии на предстоящих выборах должны явиться:
1) демократическая республика
2) 8-часовой рабочий день
3) конфискация всей помещичьей земли» - таковы были указания VI Всероссийской конференции РСДРП, состоявшейся в январе 1912 г. в Праге. Выборы в IV Государственную думу были назначены не сентябрь 1912 г. Екатеринославский комитет РСДРП постановил: выдвинуть кандидатуру Григория Ивановича Петровского. При общем голосовании на губернском собрании он и был избран депутатом в IV Государственную думу от рабочей курии Екатеринославской губернии. Григорию Ивановичу к тому времени перевалило за 35 лет, но он был подвижным, энергичным и казался юным. В Петербурге Петровский прежде всего пошел в редакцию «Правды», познакомился с персоналом и по просьбе редактора изъявил желание написать статью в газету о том, как прошли выборы, каково настроение рабочих, какие наказы они давали своим депутатам. Квартира для депутатов была снята в доме № 9 по Рождественской улице. За этим домом сразу же была установлена слежка, не взирая на то, что депутаты были лицами неприкосновенными. Кроме Петровского, от остальных пяти рабочих курий были выбраны депутатами тоже большевики: Н.Р. Шагов – от Костромской губернии, Ф.Н. Самойлов – от Владимирской (Иваново-Вознесенск), оба текстильщики; М.К. Муранов – от Харьковской губернии, А.Е. Бадаев – от Петербургской, Р.В. Малиновский – от Московской губернии, который оказался провокатором. Все трое рабочие-металлисты. В думу было избрано также семь меньшевиков. Депутаты РСДРП выступали в думе как объединенная социал-демократическая фракция. Всего 14 человек: 6 большевиков, 7 меньшевиков и депутат Ягелло – от Польши, примкнувший к меньшевикам. Семь губерний, от которых были избраны меньшевики, насчитывали только 214 тыс. рабочих, тогда как в шести губерниях, в которых от рабочих курий были избраны большевики, имелось 1 млн. 8 тыс. рабочих. Однако меньшевики все-таки претендовали на монополию в руководстве фракцией. После споров и голосования фракция избрала президиум в составе: Меньшевик Чхеидзе – председатель президиума, большевик Малиновский – товарищ председателя, большевик Петровский – член президиума, меньшевик Скобелев – секретарь и меньшевик Туляков – казначей фракции. До открытия думы нужно было еще подготовить декларацию социал-демократической фракции, которую нужно было огласить с трибуны. Помощь большевикам в создании этого документа и в других вопросах оказывали Ольминский, Правдин, Подвойский, Бонч-Бруевич, Яков Свердлов, М. Калинин. 15 ноября 1912 г. в Таврическом дворце состоялось первое заседание IV Государственной думы. Все было пышно и торжественно. Газеты преподносили это событие как великий акт демократизации Российского государства. В этот же день питерские рабочие объявили на многих заводах забастовку. Они требовали прекратить произвол и расправы с политическими заключенными в каторжных тюрьмах.
Всего в думу было избрано 442 депутата от различных партий и групп. Правые, умеренно правые и националисты насчитывали 185 человек. Октябристы, парогрессисты и кадеты имели 205 мандатов. Партии трудовиков и социал-демократов получили соответственно 10 и 14 мест в думе. Беспартийные – 7. Национальные группы (поляки, белорусы, мусульмане) – 21. Таким образом, дума по своей социальной структуре была буржуазно-помещичьей. Открытие думы сопровождалось торжественной церемонией. В зале присутствовали особы царской фамилии, министры, князья, графы и генералы. После церковного молебна за здравие императора был прочитан указ об открытии думы. Затем состоялись выборы председателя думы. Избрали октябриста Родзянко – крупного помещика Екатеринославской губернии, бывшего председателя III думы. Социал-демократы не голосовали за Родзянко. На последующем заседании обсуждались итоги работы III думы, которая за пять лет обсудила и приняла 2500 законопроектов. В работе большевиков значительную помощь в думе оказывал В.И. Ленин. Для рабочих-депутатов трудно было внести запрос в думу. Запрос принимался на рассмотрение думы лишь при наличии 33 (и более) депутатских подписей. Социал-демократам приходилось собирать подписи у трудовиков и даже кадетов. Но и после этого запрос долго «мариновался» в комиссиях. Первое свое выступление в думе Григорий Иванович посвятил вопросу о страховании рабочих. Он говорил о тяжелейших условиях труда, об отсутствии минимальных санитарных условий и мерах безопасности. Об обещаниях правительства сократить рабочий день, о детском труде, но слова правительства всегда расходятся с делами. Аплодировали Григорию социал-демократы, а все остальные злобствовали и выкрикивали бранные слова. С 15 декабря депутаты уходили на рождественские каникулы. Рабочие Петербурга поддержали выступление Петровского и фракцию большевиков стачкой, в которой участвовало 60 тыс. человек.
Депутаты большевистской фракции были приглашены в Краков на совещание членов ЦК, которое должен был проводить В.И. Ленин. Совещание проходило с 26 декабря 1912 г. по 1 января 1913 г. Депутатов-большевиков встретил В.И. Ленин и пригласил к себе на квартиру. Здесь же проходило совещание. Еду готовила Надежда Константиновна Крупская, ей помогали женщины, участницы совещания. Совещание наметило план борьбы против ликвидаторов, определило задачи по собиранию всех сил вокруг ЦК и большевистской фракции. Совещание кооптировало Г.И. Петровского в члены ЦК РСДРП, его ввели в редакцию газеты «Правда». Это было признанием политической и революционной зрелости Петровского, выражением большого доверия ему. После совещания Петровский отбыл на Екатеринославщину и в Донбасс. Кроме того, за ним закрепили Киев, Харьков, Тулу и Московскую губернию. Он должен был встречаться там с партийцами и рабочими. Такое распределение внедумской работы депутатов было одобрено ЦК партии. Кроме того, на депутатов-большевиков было возложено еще одно важное поручение – помогать газете «Правда». Не следует думать, что рабочие депутаты пользовались всеми благами «неприкосновенности». За ними неустанно следила полиция, особенно за Г. Петровским. Поездки Петровского по Югу и Центру страны и многочисленные встречи с рабочими давали много полезных сведений, которых нельзя было найти в газетах. Он повсюду встречался с руководителями подпольных большевистских организаций, помогал им и получал много важной информации. В северных промышленных районах страны за большевиками шла подавляющая часть пролетариата. На юге положение было иным. Здесь было сильно влияние меньшевиков, которые разлагали ряды пролетариата, вели яростную агитацию за упразднение подпольных организаций. Меньшевики создавали серьезную опасность для всего революционного движения в России. Рабочие –депутаты совместно с большевиками Москвы и Петербурга наносили удар за ударом меньшевикам – на собраниях, митингах, маевках, в листовках и с помощью газеты «Правда». Борьба шла всюду: на Украине, Урале, Иваново-Вознесенске, Владимире, Туле. Эту деятельность депутатов-большевиков вне стен думы очень высоко ценил и ставил им в заслугу В.И. Ленин. В январе 1913 г. началась вторая сессия Государственной думы. За стенами думы Рабочие Питера бастовали, проводили демонстрации с политическими лозунгами. Рабочие-депутаты каждый день получали сотни резолюций с митингов и собраний, в которых рабочие требовали прекратить преследования за политические убеждения, изменить порядок в стране – свободы слова, собраний, союзов и печати, неприкосновенности личности. В конце декабря 1912-начале января 1913 г.в Петербурге на 9 заводах произошли катастрофы и аварии. Самой большой катастрофой были взрывы на Охтинском пороховом заводе, которая стоила жизни многим рабочим. Социал-демократическая фракция выступила в думе с новыми запросами по этому поводу. Дума большинством голосов приняла 25 января к рассмотрению спешный запрос социал-демократов. Однако разъяснение военного министра о причине взрывов поступило через пять месяцев, летом, когда дума была распущена на каникулы. Поэтому обсуждение перенесли на осень. Следующий запрос фракции касался локаутов – прекращения работы фабрик и массовых увольнений рабочих. Григорий Иванович выступал на зимней сессии несколько раз.
Ночью 14 февраля 1913 г. на квартиру Петровского нагрянула полиция и, несмотря на представленный мандат депутата Государственной думы и протесты, незаконно произвела обыск и арестовала Я. Свердлова. К этому акту был причастен провокатор Малиновский. По этому случаю Петровский выступил с думской кафедры только 5 апреля 1913 г. Он говорил о депутатской неприкосновенности: «если вы отвергнете разрешение этого вопроса, вопроса о неприкосновенности личности, в том числе и депутатской, вы только докажете необходимость новой революции». Весной 1913 г. фракция подала запрос в думу по поводу увеличивающейся в России безработицы. По этому вопросу выступал также Петровский. Он выступал на этой сессии и по национальному вопросу, показав примеры национального гнета. На этом выступлении он приводил данные об образовании на Украине. В 1652 г. почти все домашние не только мужчины, но жены и дети умели читать. Из переписи 1740 и 1748 г. следует, что в семи полках гетманщины Полтавской и Черниговской губернии на 1094 села находилось 866 школ с украинским языком преподавания, то есть одна школа приходилась на 746 душ. В 1804 г. издается указ о запрещении учиться на украинском языке. Результаты национального гнета будут сказываться дальше. Перепись 1897 г. показала, что самый малограмотный народ в России – украинцы. В Варшаве (Польша) в 1828 г. было гораздо больше училищ по сравнению с населением, нежели их приходилось в 1900 г. Да и избирательный закон дает великороссам в четыре раза больше прав, чем польскому гражданину. Разрознить и властвовать – вот главный девиз министерства внутренних дел и царизма в целом в национальном вопросе. Министерство ведет неслыханную травлю национальностей: евреев, поляков, украинцев, кавказских и других национальностей, разжигая шовинистическую и националистическую вражду с единственной целью отвлечь их от борьбы с общим врагом – старой властью. Речь Петровского напугала правительственный кабинет и верноподданных членов думы. Выступивший главарь черносотенцев из «Союза русского народа», рабовладелец Марков-второй сказал: «Нам придется бороться против революции не с кадетами, не с трудовиками, не с меньшевиками и даже не с эсерами. Нам придется бороться против Российской социал-демократической рабочей фракции большевиков, вот с этой пятеркой. За ними, к сожалению, идут рабочие. Это они кочегары революции, подбрасывающие без конца под котел уголь, чтобы нагнетать пары революции, чтобы паровоз скорее мчался. И не только до конституции. Они нагнетают пары, чтобы паровоз мчался до революции!» Враг пролетариата, сукин сын, но сказал точно, с правильной оценкой могучего противника по борьбе! В ходе текущей сессии, в июне, Петровский выступил при обсуждении сметы горного департамента. Он воспроизвел картину тяжелейшего труда, ужасных условий жизни шахтеров и их семей: «Они поднимут рукой, державшей кайлу и лом, красное знамя социализма и пойдут вместе с шахтерами всего мира, с пролетариатом на борьбу за социалистический строй, где не будет частной собственности ни на орудия производства, ни на землю, ни на недра ее, где будет земля служить всему человечеству, а не отдельным паразитам!» Такие речи пугали членов IV думы. У правых они вызывали страх и бешенство, у «розовых» - робкое замешательство и попытки сгладить острые политические углы. Но были и другие противники у большевиков, принадлежащие к РСДРП и выступающие от имени пролетариата – это меньшевистские депутаты. Острота борьбы между думскими большевиками и меньшевиками усиливалась. За первый год совместной работы меньшевики захватили представительство в 19 думских комиссиях из 26, оставив большевикам только 7 мест. Нужно было отмежеваться от меньшевиков.
Во второй половине сентября 1913 г. В.И. Ленин созвал совещание членов ЦК РСДРП в местечке Поронино, недалеко от Кракова. На совещание были приглашены и депутаты-большевики. В резолюции совещания указывались меньшевикам –депутатам критические замечания по поводу их работе в думе. Вопрос был поставлен очень остро. Если меньшевики- депутаты не изменят отношения к работе в думе, тогда большевики-думцы должны идти на полное размежевание, раскол фракции и обратиться с письмом к рабочим России с разъяснением этого принципиального вопроса. Третья сессия думы началась 15 октября 1913.г. Большевики на заседании социал-демократической фракции сразу же предъявили семерым депутатам-меньшевикам ультиматум о восстановлении полного равноправия во фракции. Они заявили, что если их условия будут отклонены, то они выходят из фракции. 25 октября меньшевики отклонили требования большевиков-депутатов. Раскол практически совершился. На следующий день большевистская шестерка опубликовала в «Правде» обращение ко всем рабочим с разъяснением всего, что произошло и сообщением, что большевики организуют в думе свою фракцию. Это был один из ответственных моментов в истории РСДРП. До сего времени вопрос о возможном расколе социал-демократической фракции обсуждался только в партийных организациях, а сейчас он выносился на суд рабочих масс; от их решения зависело, по какому пути пойдет дальше революционная борьба в России. Рабочие мощно подняли свой голос за большевиков. Тогда меньшевики обратились за поддержкой в бюро II Интернационала, в котором представителем от РСДРП был в то время Плеханов. Он направил туда письмо, в котором всю вину за раскол фракции возлагал на меньшевиков. Меньшевики потерпели провал. Первое заседание самостоятельной большевистской фракции состоялось 27 октября. Дума вынуждена была признать и зарегистрировать шестерых большевистских депутатов как самостоятельную полноправную фракцию. Об этом депутаты послали телеграмму В.И. Ленину. У большевиков-депутатов после создания своей фракции словно прибавилось сил, появилась двойная энергия. Только за полтора месяца осенней сессии 1913 г. большевики внесли на рассмотрение думы 13 запросов. В течение 24 думских заседаний большевистские депутаты выступили 17 раз. Кроме того, они разработали и предложили на обсуждение свой законопроект «О восьмичасовом рабочем дне». В думе шла острая борьба. Петровского часто лишали слова за резкие речи и выражения. Его не раз исключали из думы на много дней и заседаний, даже выводили из зала силой в сопровождении полицейских. Лидер крайних правых черносотенец Пуришкевич призывал с трибуны судить и повесить рабочих депутатов. Реакционные силы наседали со всех сторон. Правительство потребовало привлечь к ответственности депутата социал-демократа, меньшевика Чхеидзе за то, что он в одном из своих выступлений говорил о преимуществах республиканского государственного строя перед монархическим. Но даже либерально-демократические партии – кадеты и прогрессисты заявили протест против привлечения Чхеидзе к суду, видя в этом акте правительства покушения на конституционные права депутатов думы. В случае привлечения они грозились голосовать против государственного бюджета. Депутаты-большевики и меньшевики предложили приостановить работу думы до тех пор, пока не будет принят закон о неприкосновенности депутатов. Это предложение не прошло. Тогда большевики, меньшевики и трудовики решили сорвать обсуждение государственного бюджета методом обструкции (создании помех, шумов, стуков на заседании и т.д.). Когда на трибуну все же прорвался докладчик бюджетной комиссии Ржевский, депутаты большевики, меньшевики и трудовики покинули зал заседания и вернулись в зал лишь тогда, когда на трибуне был новый председатель совета министров Горемыкин. Едва он начал свою речь, левые депутаты устроили обструкцию и не дали говорить. Он покинул трибуну. Всех участвующих в обструкции исключили на 15 заседаний. Было исключено 25 депутатов. На бурный натиск черносотенцев в думе рабочие Питера и Москвы ответили массовой забастовкой. В ней участвовало более 100 тыс. человек. Исключенных депутатов допустили на заседания, когда обсуждение бюджета было практически закончено, но Петровскому удалось выступить по вопросу о бюджете четыре раза. В эту сессию он еще несколько раз выходил на трибуну думы и, не стесняясь, сек врага по лицу острыми как лезвие бритвы словами, которые тот заслуживал.
В мае 1914 г. депутат-большевик Малиновский (член ЦК РСДРП) неожиданно ушел из думы и большевистской фракции по неизвестным причинам. Тайна его ухода была раскрыта после 1917 г. Оказалось, он был на службе у охранного отделения, считался особо засекреченным агентом. Его провокаторская и шпионская деятельность стоила жизни многим большевикам. Уйдя из думы, он перебрался за кордон и возвратился в Россию, когда началась первая мировая война. Был мобилизован на фронт, попал в плен к немцам. В Россию приехал после Октябрьской революции и в ноябре 1917 г. был расстрелян по приговору революционного трибунала. Фракция меньшевиков тут же подняла шум и сплетни против фракции большевиков, пытаясь оттолкнуть пролетариат от партии Ленина, который был против избрания Малиновского в ЦК. После ухода Малиновского председателем большевистской фракции в думе по предложению В.И. Ленина был избран Г. Петровский. На каникулах он намеревался побывать в Екатеринославе, Туле, Москве. В это время рабочее движение в России разрасталось. Царь называл это «шалостями» простодушного дитяти – российского народа. Весть о начале войны застала Петровского в Екатеринославе на подпольном собрании партийных активистов. Ему сообщили, что созывается экстренное заседание Государственной думы. Надо было спешить в Петербург.
Для партии РСДРП настали тяжелые дни. 8 июля была разгромлена «Правда» и арестованы все ее сотрудники. А в Петербурге и других городах шли массовые аресты. Тюрьмы за каких-то две недели были переполнены. Ура-патриотический угар царил везде. Черносотенцы и явные бандиты избивали тех, кто выступал против войны. Громили немецкие посольства, организации, предприятия. Лишь Петербургский комитет большевиков выступил против войны. Были выдвинуты лозунги: «Долой войну! Война войне!» Выступая против войны, большевики надеялись, что и социал-демократы других стран ведут революционную работу. Экстренное заседание думы открылось 26 июля 1914 г. Представители всех партий высказали свое отношение к войне. Естественно, большевики были против войны. Когда началось обсуждение военного бюджета, фракция большевиков покинула зал под бешенные крики, ругань и свист. А Владимир Ильич дал высокую оценку поведению рабочих депутатов. С этого начались жестокие гонения на большевиков. ЦК партии подвергся нападкам со стороны австрийских властей, а В.И. Ленин был посажен в австрийскую тюрьму (к счастью, ненадолго). Лидеры II Интернационала пошли на предательство мирового пролетариата и заняли позицию «оборончества». Они (Вандервельде и другие) призывали русский революционный пролетариат поддержать военные усилия царского правительства. Меньшевики «клюнули» на эту удочку и стали на позицию «оборончества», обещав Вандервельде не противодействовать войне, что означало ее поддержку. Большевики по этому вопросу высказались резко отрицательно. 5 ноября 1914 г. все пять депутатов большевистской фракции – Г.И. Петровский, А.Е. Бадаев, М.К. Муранов, Ф.Н. Самойлов, Н.Р. Шагов были арестованы. Их взяли прямо из квартир. Большевистская фракция в думе прекратила свое существование. Всех арестованных рассадили по одиночным камерам в доме предварительного заключения на Шпалерной улице. Реакционные газеты подняли вой, призывая к расправе с рабочими депутатами, якобы изменившими отечеству, предавшими родину и русский народ. В самой думе толковали между собой не о том, чтобы защитить арестованных депутатов, а о возможных волнениях на заводах и фабриках. Полиция, жандармерия и охранка начали массовые аресты в рабочих организациях. Официальное сообщение в газетах об аресте рабочих депутатов появилось 9 ноября. Им предъявлялось обвинение в «измене отечеству». Петербургский комитет 11 ноября выпустил листовку с призывом к рабочим ответить на арест депутатов кратковременной забастовкой. Возникли однодневные забастовки и митинги на некоторых заводах города. За это многих рабочих, имевших отсрочку по мобилизации, отправили на фронт.
Суд над думской фракцией большевиков начался 10 февраля 1915 г. В этот день на многих заводах и фабриках была прекращена работа и объявлена однодневная забастовка. Подсудимым объявили до 8 лет каторжных работ. На вопрос, признают ли они себя виновными, все ответили, что виновными себя не считают. Петровский на суде выступал два раза, четко высказывая непоколебимую большевистскую принципиальность. На четвертый день был оглашен приговор. Депутаты Петровский, Муранов, Бадаев, Самойлов, а также Каменев (Розенфельд), Яковлев, Воронин и Линде были лишены всех прав и состояния и приговорены к пожизненному поселению в Сибири, в Туруханском крае. С наступлением весны им предстоял туда длинный изнурительный путь. Владимир Ильич очень высоко оценил мужественное поведение депутатов-большевиков: «Все сознательные рабочие России стоят на стороне Российской социал-демократической рабочей фракции в Государственной думе, которые сосланы царизмом в Сибирь за революционную пропаганду против войны и против правительства». Арестованных привезли в Красноярск. Здесь они ожидали отправки к месту пожизненного поселения - в село Монастырское, до которого от Красноярска по реке Енисей было 1500 км. Село Монастырское (ныне Туруханск) было административным центром Туруханского края. В нем насчитывалось 40-50 домов, две лавчонки, школа, больница, церковь, полицейское управление и каторжный острог с несколькими десятками стражников. Место на редкость глухое. К большому удивлению ссыльных их встречал Я.М. Свердлов. Он познакомил прибывших со своими товарищами-ссыльными. Через несколько дней на квартире Петровского состоялось собрание. В нем участвовали ссыльные члены ЦК партии – Голощекин, Свердлов, Спандарян, Сталин, все депутаты государственной думы – большевики, член ЦО Каменев, многие ссыльные большевики. Информацию о судебном процессе сделал Г. Петровский. Через месяц часть депутатов (в том числе Петровского) перевели в Енисейск. Здесь Григорий Иванович сразу же организовал подпольную партийную работу среди ссыльных, а также расквартированных в Енисейске солдат. Жандармы разузнали о тайных заседаниях ссыльных и антивоенной агитации среди солдат и посадили Петровского в тюрьму. В июле 1916 г. его выслали этапом в Средне-Колымск (Якутия), а остальных депутатов перевели кого в Минусинск, кого в Ачинск. По прибытии в Якутск врачи, осмотрели Петровского и дали заключение, что ссыльный из-за плохого состояния здоровья не может быть отправлен дальше. Охрана оставила его в Якутске. Здесь Григорий Иванович встретился с Г.К. Орджоникидзе, и Е.М. Ярославским. Образовалась крепкая партийная группа. Жизнь ссыльных была очень тяжелая. Они голодали. Петровскому удалось с большим трудом устроиться в мастерскую к одному агроному, у которого он был мастером на все руки. Он и его товарищи проводили партийную и политическую работу среди ссыльных, населения, солдат. Ссыльные расходились в мнениях о войне. Большевики были против войны, за поражение русского правительства. 3 марта 1917 г Петровский получил телеграмму из Петрограда. Жена сообщала, что в Петрограде совершилась революция. Предстояла свобода и длинная дорога домой. Но в условиях весенней распутицы это было невозможно, т.к. до ближайшей железнодорожной станции было 2000 км, а по реке Лена навигация начнется через три месяца. На другой день в Якутске было созвано народное собрание образован Комитет общественной безопасности. Ему передавалась вся власть в пределах всей Якутской области. Председателем комитета был избран Г.И. Петровский. В тот же день была закрыта городская дума, а ее полномочия были переданы Комитету. Однако губернатор, полицмейстер и начальник воинского гарнизона отказались признать Комитет. Особенно упорствовал губернатор барон Тизенгаузен и полицмейстер Рубцов. Но 5 марта они согласились сдать свои полномочия Комитету, который назначил Петровского комиссаром, временно управляющим Якутской областью. Петровского вскоре избрали председателем Якутского комитета РСДРП, а Емельян Ярославский стал во главе редакции вновь созданной газеты «Социал-демократ», органа Якутского комитета РСДРП. Петровский, Орджоникидзе, Ярославский, Кирсанов и другие ссыльные большевики сразу занялись созданием Советов рабочих, казачьих и солдатских депутатов. В апреле уже действовали как народно-революционная власть Совет рабочих, Совет солдатских и Совет крестьянских депутатов. В Советах, особенно солдатских и крестьянских, было много эсеров и меньшевиков. Поэтому они поддерживали установку Временного правительства на продолжение войны до победного конца. Председателем объединенного Совета был избран Е. Ярославский, но не его, а меньшевика Охнянского избрали делегатом на I Всероссийский съезд Советов. С 26 марта по 16 апреля работал съезд якутских и русских крестьян. Большая часть делегатов оказалась якутскими кулаками (тойонами), но почетным председателем на съезде был избран Петровский. Делегаты съезда приняли решение об отделении Якутии от России и об этом послали телеграмму Временному правительству: «Областной съезд крестьян и якутов настаивает на национальном самоопределении якутской нации». За три месяца пребывание ссыльных большевиков в Якутии, они сделали очень много важных революционных мероприятий: создана народная милиция; высланы за пределы Якутии царские чиновники, а вместо них назначены комиссары; организован выборный суд и ревтрибунал; введены карточки на продовольствие; создано Бюро труда; организовано 10 профсоюзов; создан фонд помощи освободившихся из тюрем людей. В мае, когда началась навигация на Лене, все политические ссыльные на пароходе, а затем на подводах добрались до Иркутска. В Петроград они добрались лишь в конце июня. В.И. Ленин хвалил, расспрашивал и делал замечания за то, что не раздали землю бедным крестьянам: «Эх вы, революционеры!» Петроград был похож на горячего коня, вставшего на дыбы. Григорий Иванович снова окунулся с головой в партийную работу. Дети подкарауливали его каждую свободную минуту или час, когда он вернется домой и ждали его рассказов о жизни в ссылке в Сибири, о Ленине, о том, что будет дальше. Старшему сыну Петру исполнялось 17 лет, младшему Леониду – 15, дочери Тоне – 11. Оба сына вступили в большевистский кружок еще в 1915 г., когда отца сослали в Сибирь. Ребята прочли много марксистских книг и хотели стать революционерами, как отец. Петровский был по-настоящему счастлив, что жена и дети его понимают. В стране установилось двоевластие – Временное правительство и Советы, в которых большинство принадлежало меньшевикам и эсерам. Временное правительство отдало приказ армии начать наступление на фронтах. Против этого выступали большевики. В Петрограде проходили бесконечные митинги, собрания, демонстрации. Революционные полки рвались в бой против Временного правительства. ЦК большевиков принял постановление сдержать стихийный напор возмущенного народа, разъясняя, что революционный момент для выступления не настал, армия и провинция пока не готовы поддержать питерских рабочих и солдат. Но к вечеру 3 июля 1917 г. ЦК отменил свое прежнее решение и постановил: всем питерским большевикам принять участие в мирной демонстрации 4 июля. Казаки и юнкера открыли огонь по демонстрантам. Было много убитых и раненых. По городу был запущен слух, будто Ленин – немецкий шпион. Петровскому поручили выступить на собрании рабочих Балтийского завода, но высказаться до конца ему не дали. Дело могло обернуться кровавым самосудом. Контрреволюция уже действовала открыто. Партия большевиков перешла на полулегальное положение. Встал вопрос о подготовке вооруженного восстания. На заводах стали создаваться первые отряды Красной Гвардии. В один такой отряд вступили сыновья Г.И. Петровского. Их включили в бригаду по охране В.И. Ленина. В это время Григорий Иванович уже был на Украине, куда его послал ЦК бороться за власть Советов. Политическая обстановка на Украине в 1917 г. была революционно неустойчивая. Здесь царило троевластие: комиссар Временного правительства, Советы рабочих и солдатских депутатов (преобладали эсеры и меньшевики), националистическая буржуазно-кулацкая Центральная рада (прекрасно уживалась с Советами). Многие украинские большевики были арестованы. Украина тогда была главной хлебной, угольной и металлургической базой России. Поэтому В.И. Ленин, ЦК партии послали туда надежных, опытных товарищей, хорошо знающих Украину – Петровского, Ворошилова, Артема (Сергеева). Им необходимо было подорвать доверие в рабочей массе к меньшевикам и эсерам, обнажить их подлинное лицо пособников контрреволюции. Из Петрограда Петровский поехал сначала в Екатеринослав. Его имя в этом городе было очень популярно. Там, где он выступал, на заводах, фабриках и др. рабочие принимали резкие антиправительственные резолюции. Побывал Григорий Иванович в Донбассе, где резко упала добыча угля и в Харькове. Он ощущал, что революционные настроения в народе нарастают, массы стали все больше и больше поворачиваться к революции.
О победе Октября Петровский узнал, когда был в Донбассе, в Никитовке. Сюда же дошла информация о первых декретах великой революции – о земле и мире. Повсюду проходили собрания, митинги, рабочие, крестьяне, солдаты заявляли о поддержке нового, советского строя. В Донбассе сложилось тяжелое положение. Владельцы шахт нарочно разрушают шахты, устраивают саботаж. Нужно было срочно национализировать промышленность Донбасса, чтобы не остаться без угля и металла. Петровский срочно выехал в Петроград. По пути он остановился в Харькове и выступил на съезде горнозаводчиков, которые не признавали декреты Советской власти, не признавали Совнарком как правительство. Петровский заявил, что с революцией не шутят, и если хозяева посмеют не выполнять декреты пролетарского правительства, то они все будут расстреляны. Эти слова насмерть перепугали капиталистов. А большевики Харькова просили передать Ленину просьбу прислать в подкрепление группу товарищей. Эту просьбу Григорий Иванович выполнил. 30 ноября 1917 г. он был назначен наркомом внутренних дел Советской России. В помощь ему были направлены опытные большевики-подпольщики: Муранов, Уншлихт, Дзержинский, Лацис, Урицкий, Лазимир, Правдин, Антонов-Саратовский, которые вошли в состав коллегии наркомата. Работы у НКВД самой разнообразной в эти дни было невпроворот: борьба с контрреволюцией; налаживание продовольственного снабжений Петрограда, Москвы и других крупных городов; создание рабоче-крестьянской милиции; и многое другое. В его составе были медицинское и ветеринарное управления, иностранный отдел, контрольно-ревизионная комиссия. Всеми делами пришлось заниматься, не имея ни знаний, ни опыта. Работники наркомата получали 250 г. плохого хлеба в день, максимальную зарплату в месяц – 500 рублей и по 100 рублей на нетрудоспособных членов семьи. 19 декабря в Петрограде было введено военное положение. Особой заботой Наркомата внутренних дел был пропуск воинских эшелонов с фронта через Украину в глубь России. Центральная Рада пропускала только эшелоны, идущие на юг к генералу Каледину; всех остальных разоружали и отправляли по домам. Ленин предъявил Центральной раде ультиматум: если не будете пропускать эшелоны, придется объявить вам войну. Вопрос решился положительно.
Григорий Иванович был в составе Советской делегации при подписании Брест-Литовского мира. Наша делегация требовала прекращения военных действий и вывода немецких войск из России. Делегация Центральной рады, присутствующая на переговорах, наоборот, требовала прислать немецкие войска на Украину для защиты от большевиков. На экстренном VII съезде РКП (б) в марте 1918 г. почти все делегаты одобрили Брестский мир с Германией, который ранее в Бресте подписывал и Григорий Иванович. Его, кстати, на этом съезде избрали кандидатом в члены ЦК. 1918 г был очень тяжелым годом. Борьба шла на фронтах и в тылу, за хлеб, за восстановление разрушенного хозяйства, за укрепление органов управления, за создание Красной Армии, за социализм. Контрреволюционные элементы развязали индивидуальный террор. Были убиты Володарский и Урицкий, совершено покушение эсеркой Каплан на В.И. Ленина. В Финляндии и на Украине расстреливали коммунистов, восстал чехословацкий корпус. В Москве и Петрограде чекисты Дзержинского раскрывали один за другим Контрреволюционные заговоры, ликвидировали тайные склады оружия и боеприпасов. 5 сентября 1918 г. было принято Постановление Совнаркома «О красном терроре», которое подписал и Г.И. Петровский как Нарком по внутренним делам. На посту наркома внутренних дел Григорий Иванович работал до апреля 1919 г.
На III Всеукраинском съезде Советов в марте 1919 г. Григорий Иванович был избран Председателем Всеукраинского Центрального Исполнительного Комитета Советов. В апреле он выехал в Киев. На Украине было тяжелое положение. Деникин через Украину рвался к Москве. Вслед за ним возвращались бывшие «хозяева» - помещики и капиталисты. Они отбирали у крестьян землю, у рабочих – заводы, шахты, фабрики и вымещали на народе свою злобу за отнятое ранее имущество и власть. Члены ЦК КП (б)У, ВУЦИК и украинское правительство вместе с частями Красной Армии покинули Киев и переехали в Чернигов, а затем – в Москву. Большинство из них вступили в Красную Армию, а Петровский и Калинин с агитпоездом «Октябрьская революция» совершали поездку в прифронтовую полосу. К концу 1919 г. обстановка на южном фронте укрепилась. Под ударами Красной Армии Деникин из-под Тулы начал отступать на юг к Черному морю, красная Армия очистила Украину и от Петлюры, который убежал в Польшу. Интервенты убирались за море. В декабре 1919 г. был образован Всеукраинский ревком во главе с Петровским. Ревком обосновался в освобожденном Харькове. Здесь Григорий Иванович встретил своего давнего знакомого по якутской ссылке С. Орджоникидзе, который был в это время членом реввоенсовета 14-й Красной Армии, освободившей город от деникинцев. По мере освобождения территории Украины, ревком создавал органы Советской власти на местах. Был принят Закон о земле. На Украине еще «гуляли» банды Махно, Каменюки, Ангела, Зеленогго – грабили, убивали, жгли. Борьба с ними потребовала больших усилий и времени для полной ликвидации. Но еще большей бедой были разруха и голод. В это трудное время Украине протянула руку братской помощи пролетарская Россия, хотя сама еще жила в холоде и впроголодь. При личной поддержке Ленина ЦК партии и Совнарком послали в помощь украинским товарищам большую группу опытных и закаленных в борьбе партийцев. Они помогали в ликвидации кулацких банд, восстанавливали и пускали в ход фабрики, заводы, шахты, укрепляли советскую власть. Россия из скудных своих запасов слала Украине эшелоны с продовольствием, и одеждой, оборудованием и машинами для шахт, заводов и железных дорог. Народ увидел в советской власти настоящего друга. «При едином действии пролетариев великорусских и украинских - говорил В.И. Ленин, - свободная Украина возможна, без такого единства о ней не может быть и речи» (т.24, с.128). Во второй половине февраля 1920 г. возобновилась деятельность ВУЦИК и Совнаркома Украины. Украинский ревком занялся решением первостепенных задач – укреплением советской власти на местах, преодолением хозяйственной разрухи. Однако мирная передышка оказалась недолгой. В апреле 1920 г. польские войска Пилсудского вторглись на Украину и заняли Киев. Появились петлюровские банды. Однако Красная Армия потеснила противника и отбросила его за пределы Украины. Поляки запросили мира. Григорий Иванович принимал участие в подготовке мирного договора. В мае 1920 г. для обсуждения задач мирного строительства собрался IV Всеукраинский съезд Советов. На съезде были приняты важные решения о земельном устройстве, о восстановлении хозяйства и укреплении на местах органов советской власти. Однако на Черноморье и в Крыму стали скапливаться силы контрреволюции во главе с Врангелем, которых поддерживала Антанта. Народ Украины снова взял в руки оружие. Председатель ВУЦИК Петровский организовал агитационно-инструкторский поезд имени Ленина. В поезде оборудовали библиотеку, кинематограф, типографию, в которой печатали листовки и газету «Рабочий и крестьянин». С этим поездом в сентябре-декабре 1920 г. Петровский объехал ряд губерний Украины. На остановках населению раздавали листовки, брошюры, воззвания. Петровский и другие выступали на заводах, на сельских сходах. Григорий Иванович Петровский стоял во главе ВУЦИК почти 20 лет с 1919 по 1939 г. Все это время ему было присуще постоянное, будничное общение с народом, с людьми труда. Он не любил «руководить» при помощи бумаг и телефонов. По природе своей он был массовик, агитатор, пропагандист. Работать вполсилы он не умел. В1921 г. на Украине выдался неурожайный год. Засуха уничтожила посевы. Голод и тиф уносили миллионы жизней. И снова на помощь пришла братская Россия. В 1922 г. выдался урожайный город, удалось ликвидировать детскую беспризорность. Однако народное хозяйство Украины, особенно промышленность, находилось еще в упадке. Для решения задач экономического развития и укрепления обороноспособности жизнь требовала образования сильного союза республик.
В начале декабря 1922 г. VII Всеукраинский съезд Советов под председательством Петровского принял декларацию, обращенную к трудящимся России, Украины, Белоруссии, Грузии, Армении и Азербайджана с призывом приступить к созданию Союза Советских Социалистических Республик. А уже 30 декабря 1922 г. в Москве I Всесоюзный съезд Советов провозгласил образование СССР. Здесь же был образован Президиум ЦИК СССР и избрано четыре Председателя Президиума – Калинин, Петровский, Червяков и Цхакая. Страна, преодолевая трудности, развивалась, Каждый месяц и год приносили новые успехи на трудовом фронте. Но все хорошее омрачалось сообщениями о болезни В.И. Ленина. Петровский однажды спросил Владимира Ильича, что он думает о своей болезни. Ленин ответил: «Болезнь у меня такая, что я стану либо инвалидом, либо меня не станет. Но только смотрите, чтобы руководители ЦК были избраны такие, которые не допустят раскола в партии, обеспечат ее единство. Наше дело верное. К социализму пойдут и другие страны, но если будет раскол в нашей партии, то может статься беда. Так и скажите своим товарищам». После смерти Ленина активизировались троцкисты, «новая оппозиция», «правые». На Украине внутрипартийная борьба проходила так же остро, как и в других местах. В декабре 1925 г. состоялся XIV съезд партии, который дал установку на индустриализацию страны. А уже 8 ноября 1927 г. в фундамент плотины Днепровской гидроэлектростанции был уложен первый кубометр бетона. Днепрострой – частица биографии и жизни Григория Ивановича. В феврале 1928 г. за заслуги перед страной и партией, а также в связи с 50-летием Григория Ивановича награждают орденом Красного Знамени. В первую пятилетку на Украине началось строительство также тепловых электростанций – Харьковской, Киевской, Криворожской, Штеровской. За три года первой пятилетки на Украине вступило в строй более 500 промышленных предприятий. Шахты Донбасса выдавали на-гора почти столько угля, сколько в довоенные годы. Было пущено 26 доменных печей. К 1 октября 1931 г. было завершено строительство в рекордно короткий срок – за 15 месяцев - Харьковского тракторного завода, способного выпускать до 50 тыс. тракторов в год. Вспомним, что от царской России нам досталось в наследство не более 200 тракторов различных иностранных марок. Первый трактор, изготовленный на ХТЗ, выводила лучшая ударница завода Мария Бугаева. Рядом с ней на тракторе стоял Григорий Иванович Петровский. Трактора с ХТЗ партия направила на слом патриархально-собственнического уклада деревенской жизни. К осени 1929 г. на Украине насчитывалось уже 16 тыс. колхозов. В Одесской области в 1928 г. была создана первая в СССР машинно-тракторная станция (МТС) имени Тараса Шевченко. На Украине в это время строились (кроме ХТЗ), турбогенераторный, Новокраматорский завод тяжелого машиностроения, заводы «Азовсталь», «Запорожсталь» и другие предприятия. И во всех этих делах чувствовалось влияние председателя ВУЦИК, члена ЦК КПБ (У), председателя ЦИК СССР (по Конституции СССР 1924 г. председатели ЦИК союзных республик были одновременно и председателями ЦИК СССР) и кандидата в члены Политбюро ЦК ВКП (б) Г.И. Петровского. Отметим, что главы ЦИК союзных республик поочередно председательствовали на заседании ЦИК СССР. Григорий Иванович много встречался с рабочими, крестьянами, интеллигенцией. Он настоял на постройке небольшого домика в Ялте для больного писателя Николая Алексеевича Островского, а после его смерти – на создании музея писателя в этом домике. Ему принадлежала инициатива создать кинофильм по книге Островского «Как закалялась сталь».
В январе-феврале 1934 г. проходил XVII съезд партии. Старый большевик Г.И. Петровский был на этом съезде одним из тех делегатов, которых тревожили ненормальные явления в партии в связи с чрезмерным возвеличением и восхвалением личности И.В. Сталина. Старые большевики-ленинцы считали, что пора переместить Сталина с поста генерального секретаря ЦК на другую должность. К этому времени были уже арестованы В.Я. Чубарь (1891-1939) – Председатель СНК Украины, кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП (б), Э.И. Квиринг (1888-1937) – зам. Председателя Госплана СССР, С.В. Косиор, К.В. (1889-1939) – зам. председателя правительства СССР, член Политбюро ЦК ВКП(б), К.В. Сухомлин (1886-1929) – зам. председателя Совнаркома Украины, член Политбюро ЦК КП(б)У. Григорий Иванович был потрясен ничем не объяснимым арестом товарищей. Он не мог представить, чтобы эти большевики, отдавшие столько сил революции, могли заниматься преступной деятельностью против партии и Советского государства. Но пришла и новая беда из Ленинграда. Арестован его старший сын Петр, работавший редактором газеты «Ленинградская правда». Григорий Иванович пытался хоть что-нибудь разузнать о судьбе сына, но все было напрасно. Сталин не принял его. Свидание с сыном не разрешили. Предложили ждать окончания следствия – в этот период по политическим обвинениям было арестовано много ленинградцев. В конце 1938 г. Петровский был вызван в Москву для разговора со Сталиным. Разговор был короткий, но тяжелый, в резких тонах. Через некоторое время Петровский был отозван их Киева в Москву и освобожден от обязанностей председателя Верховного Совета Украины и члена Политбюро ЦК КП(б) У. На него в начале марта 1939 г. было заведено грязное «дело». Во время работы XVIII съезда ВКП(б) он был обвинен, что дружил с К.В. Сухомлиным, который по данным НКВД, считался японским шпионом. Петровского обвинили и в том, что он будто бы знал о «связях» С.В. Косиора с иностранной контрреволюционной организацией и умолчал об этом. Его обвинили и в том, что он был против Л.М. Кагановича, как первого секретаря ЦК КП(б)У. Человек, который долгие годы работавший с Лениным, был его верным учеником и помощником, который прошел тяжелые годы подполья и гражданской войны, который так много сделал для победы социализма – этот человек оказался оклеветанным. Более года ему не давали никакой работы. Григорий Иванович, не получая никакой зарплаты или пенсии заболел, перенес инфаркт сердца. Младший сын Леонид, командовавший Московской Пролетарской дивизией, тоже попал в немилость и был отстранен от должности. Дочь Антонина зарабатывала немного и мало чем могла помочь отцу и матери. Как долго продолжалась бы «безработица» Петровского, если бы близкие товарищи не посодействовали ему получить работу в Музее Революции СССР – заместителем директора музея. В конце лета 1941 г. Музей Революции (и другие учреждения культуры) был эвакуирован в город Хвалынск на Волге. Петровский с женой также уехали с музеем. Дочь Антонина и жена сына Леонида с внучкой остались в Москве, а сам Леонид с первых дней войны ушел на фронт. О Петре, арестованном в 1937 г., ничего не было известно. Вскоре в Хвалынск приехала Антонина, которая привезла весть о том, что генерал-лейтенант Леонид Петровский (1902-1941), пробиваясь из окружения с остатками своего 63-го стрелкового корпуса, погиб в Белоруссии, у деревни Скепня Гомельской области. Жена, Домна Федотовна, не выдержав такого удара, слегла и вскоре умерла. Так осенью 1941 г. Григорий Иванович потерял сразу двух дорогих ему людей. Вскоре экспонаты музея были отправлены в Кустанай. В Москву Петровский и сотрудники Музея Революции возвратились летом 1943 г. Григорий Иванович по-прежнему работал директором музея. Его женой стала Першина Александра Михайловна, сотрудница библиотеки им. Горького. Ее муж погиб на фронте в 1941 г. Григорий Иванович в качестве гостя присутствовал на XX съезде партии, осудившем культ личности. Он помог многим людям, незаслуженно репрессированным, восстановить доброе имя. В 1953 г. Петровский награжден орденом Трудового Красного Знамени, а в 1956 г. – орденом Ленина. В последние годы он с делегациями посещал Финляндию, Болгарию, Румынию, где читал лекции о Ленине и революции.
Григорий Иванович умер от паралича сердца 9 января 1958 г., не дожив около месяца до своего 80-летия. На сердце было обнаружено 16 мелких разрывов. Урна с прахом была помещена в кремлевской стене. Он и после смерти как бы встал в строй многих погребенных здесь солдат старой гвардии революции, чуть-чуть позади Мавзолея, где покоится бессмертный Ленин.

А.А. Бережной, полковник в отставке, военный историк, Колпинский РК КПКР
 
 
« Пред.   След. »
Вступить в партию
Вступить в партию Коммунисты России
История КПЛО
Коммунисты Петербурга и Ленинградской Области (КПЛО) - Межрегиональная общественная организация. Создана в 2003г. Имеет государственную регистрацию. Численность - 500 членов. Входит в состав Общероссийской организации КОММУНИСТЫ РОССИИ
Популярные
Позор киносодержанке Бонда! КОММУНИСТЫ ПРЕЗИРАЮТ КУРИЛЕНКО- КИНОСОДЕРЖАНКУ БОНДА -007
ЦИНИЧНОЕ ОГРАБЛЕНИЕ СОВЕТСКОЙ ФАНТАСТИКИ И ГИМН БЕСЧЕЛОВЕЧНЫМ ОПЫТАМ НАД ЛЮДЬМИ
ПОБЕДА ЗЕНИТА - ПОБЕДА НАРОДА!
Карикатура на космического интернационалиста "ОБИТАЕМЫЙ ОСТРОВ" - КЛЕВЕТА НА КОСМИЧЕСКИХ ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТОВ И ПОДПОЛЬЩИКОВ
СИЯЮЩАЯ СЕВЕРНАЯ КОРЕЯ РАЗГРОМИЛА АМЕРИКАНСКИХ ФУТБОЛЬНЫХ РОБОТОВ
КОММУНИСТЫ ПЕТЕРБУРГА О ПОБЕДЕ ОБАМЫ
ЭНГЕЛЬС – НОВЫЙ ПОИСКОВИК РУНЕТА
КОММУНИСТЫ ОБРАТИЛИСЬ К МАДОННЕ
западные футболисты издеваются над КНДР ГОРЕ ПОСТИГЛО ВСЕХ КОММУНИСТОВ НА ЧМ 2010 В ЮАР
АКТИВИСТЫ КП: НЕ ПОЗВОЛИМ БОНДАРЧУКУ ОПЛЕВЫВАТЬ КОММУНИСТОВ ДРУГИХ ЭПОХ И ПЛАНЕТ
КРЕМЛЬ СКРЫВАЕТ ПРАВДУ О КОСМОСЕ
Глава ЭССР Андрес Тамм ВНОВЬ СОЗДАНА ЭСТОНСКАЯ СОВЕТСКАЯ РЕСПУБЛИКА!
НЕ РАБОТАЙТЕ В ПРАЗДНИК ВЕЛИКОЙ РЕВОЛЮЦИИ!
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО КОММУНИСТОВ БАРАКУ ОБАМЕ
АРШАВИН ЗАНИМАЕТ АНТИПАТРИОТИЧЕСКУЮ ПОЗИЦИЮ
Первые минуты на советской земле ВСПОМИНАЯ САМАНТУ СМИТ
Тот, кто тропку звездную открыл С ДНЕМ СОВЕТСКОЙ КОСМОНАВТИКИ! С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, КП!
КОММУНИСТЫ ПЕТЕРБУРГА ГОТОВЫ ПРИНЯТЬ МАРИО БАЛОТЕЛЛИ В СВОИ РЯДЫ, ЕСЛИ ЕГО НЕ ПРИМУТ В ЗЕНИТ
Пойдет ли Спилберг на примирение с Россией? КОММУНИСТЫ ДАЛИ СПИЛБЕРГУ ПОСЛЕДНИЙ ШАНС!
ОСТАНОВИТЬ И ПОБЕДИТЬ "БАВАРИЮ"!
Top! Top!