Товарищ Чеботарев: Царь ненастоящий! Комсомольцам не понравился памятник Ивану Васильевичу.
29.10.2016 г.
ВЛКСМ Ленинграда решил не оставаться в стороне от бурной дискуссии по поводу установки памятника первому царю всея Руси Ивану Четвертому Васильевичу в Орле, в городе удаленно этим историческим деятелем основанном, но так ни разу и не посещенном.

Вместе с тем выразить однозначное отношение к данному нашумевшему событию сложно. Одинаково неубедительны как стоны возмущенных противников, так и восторги сторонников, ибо , несмотря на то, что Иван Четвертый не только, прости господи, "крепил великие пространства, соединил народы в державное царство, простер его на Восток вплоть до Тихого океана", но и действовал при этом методами, способствовавшими качественному переустройству системы. Сложно сказать, насколько именно деятельность способствовала тому, что именно на этих "пространствах" через три с половиной столетия победила социалистическая революция, носящая антимонархический характер. 

 
Это действительно сложный вопрос, который вполне может стать предметом серьезного исследования. Но сейчас хотелось бы обратить внимание на вещь куда более очевидную, но в пылу жаркой дискуссии мало пока кем замеченную. Дело в том, что авторы памятника, в который, судя по словам большинства его сторонников , вложено столько сакрального смысла, отнеслись к задаче своей не вполне внимательно; нет, не халтурно, не небрежно - в художественном отношении памятник вполне себе ничего, а именно невнимательно.

Не сохранилось достоверных прижизненных изображений царя, но уже несколько десятилетий мы знаем , как он выглядел; то же касается и многих других исторических личностей. Разумеется, здесь речь идет о работах великого советского антрополога и скульптора Михаила Михайловича Герасимова, посвятившего свою жизнь разработке метода, позволившего человечеству двадцатого века увидеть , как выглядели их предки, от коих не сохранилось прижизненных портретов, но были найдены останки. Иван Четвертый в их числе.

Не станем сейчас проводить подробного исследования примеров его внешнего облика в изобразительном искусстве и в кино. Это в большинстве своем уже давно стало общепризнанной культурной классикой , независимо от внешней исторической достоверности. Отметим лишь, что на парсуне конца 16 века, безвестный автор которой вполне мог видеть царя вживую (в сговоре с Герасимовым упрекнуть его сложно) лик Ивана Четвертого гораздо более походит на произведенную реконструкцию по черепу, нежели на то, что мы видим на новом памятнике.

В чем же дело, почему создатели памятника пренебрегли трудами, которые, быть может, в первую очередь для таких как они и было проделаны?! Не лучше ли орловчанам и гостям города видеть этого неоднозначного, но безусловного видного, исторического деятеля таким, каким он был, пусть и отлитого в бронзе, а не отлитую в бронзе фигуру импозантного, но мало внешне похожего на реального царя, всадника?

Может быть,  дело и впрямь в красоте? Но красота, особенно красота тела и лица человека, категория по определению своему субъективная, да и как можно судить об историческом деятеле по его внешнем данным? Можно еще судить по физическим способностям, но по антропометрическим данным никак нельзя, товарищи.  Вместе с тем в реалистическом изображении внешности исторических деятелей следует соблюдать максимально возможную точность, особенно это касается столь монументальных творений как памятник, о котором сейчас идет речь. Ибо когда в скором времени на улицах российских городов по воскресным и праздничным дням вновь зазвучат марши о том, что "нам, ребята, в этой жизни только с правдой по пути" объяснить молодым орловчанам всю правду о деятельности основателя их города будет по-прежнему сложно. Они все поймут, оценят и взвесят лишь с годами.

И посему, важно соблюсти правду хотя бы там, где она однозначна. 

Александр Чеботарев, Первый секретарь Ленинградского  отделения ВЛКСМ, член ГК КПКР